alternathistory (alternathistory) wrote,
alternathistory
alternathistory

Categories:

Советская радиоразведка об эвакуации Белой армии из Крыма

Оригинал взят у voencomuezd в Советская радиоразведка об эвакуации Белой армии из Крыма
Советская радиоразведка об эвакуации Белой армии из Крыма

Кикнадзе Владимир Георгиевич — кандидат военных наук, старший редактор редакции «Военно-исторического журнала».

Деятельность советской радиоразведки в Гражданской войне и военной интервенции в России освещена в специальной литературе (1), однако эвакуация Крыма подробно в ней не рассмотрена. Ранее не публиковавшиеся документы Управления связи Красной армии по вопросам радиослежения за судами и работой радиостанций противника в 1920-1922 гг. из фондов Российского государственного военного архива позволяют уточнить некоторые аспекты этой проблемы.

15 ноября командующий Южным фронтом М.В. Фрунзе телеграфировал В.И. Ленину: «Сегодня наши части вступили в Севастополь» (2). Красное знамя взвилось над высотами Крыма. «Бросив на произвол судьбы свою разбитую арми Врангель с помощью флота интервентов спасся бегством, уведя в Константинополь 132 военных и торговых судна, принадлежащих Советской республике» (3). В подобном контексте исход армии Врангеля (эвакуация Крыма) представлен в советской литературе.
Иначе выглядят обстоятельства «бегства» в свете документов белого командования, относящихся еще к апрелю 1920 г. и приведенных в мемуарах эмигрантов. С момента перенесения вооруженной борьбы в Крым и назначения главнокомандующим Вооруженными силами на Юге России (ВСЮР) Врангеля действовало секретное приказание: на случай неуспеха на фронте перешейков, выработать план эвакуации армии, флота и учреждений из Крыма в Константинополь. 4 апреля Врангель приказал командующему флотом, соблюдая полную секретность, в кратчайший срок подготовить тоннаж для перевозки в случае необходимости около 100 тыс. человек в Константинополь. Для этого предлагалось распределить суда по предполагаемым портам посадки с таким расчетом, чтобы было можно начать посадку через 4-5 дней после начала отхода с перешейков.
27 октября командующий флотом контр-адмирал М.А. Кедров назначил в порты посадки старших морских начальников. В Евпаторию был назначен контр-адмирал A.M. Клыков, в Ялту — контр-адмирал П.П. Левицкий, в Феодосию — капитан 1 ранга И.К. Федяевский и в Керчь — контр-адмирал М.А. Беренс.
30 октября Кедров разослал командирам сухопутных соединений телеграмму: «Пароходы для войск поставлены по портам согласно директивам главкома. Эвакуация может быть обеспечена, только если на Севастополь выступят первый и второй корпуса, на Ялту конный корпус, на Феодосию кубанцы и на Керчь донцы. Если же войска будут отступать не по дислокации, то никого не увезти. Убедительно прошу выполнить дислокацию и дать флоту возможность исполнить свой долг перед армией». /144/
В воспоминаниях Н.Р. Гутана сведения о намеченном к перевозке из Крыма в Константинополь количестве войск значительно меньше предусмотренного директивой Врангеля — всего 60 тыс. человек. «При этом давались следующие данные по портам: из Керчи — 12 тыс. человек, из Феодосии — 15 тыс., из Ялты и Севастополя — 20 тыс., из Евпатории — 13 тыс. человек». Но на 9 мая общее число эвакуируемых возросло до 98 тысяч. В дальнейшем эта цифра неоднократно изменялась (25 тыс., 40 тыс., 72 тыс. и др.), но предельным количеством командование флота по-прежнему считало 60 тыс. человек.
После того как последний солдат был посажен на корабль и в Севастополе больше ни одной военной части не осталось, в 14 ч. 50 мин. 2 (15) ноября 1920 г. на крейсер «Генерал Корнилов» прибыл Врангель и отдал приказание сниматься с якоря.
Все вышедшие 31 октября (13 ноября) из Евпатории суда благополучно прибыли в Константинополь, и только катер «Язон», шедший на буксире парохода «Эльпидифор», обрубив ночью буксиры, ушел, видимо, в Севастополь. На «Язоне», кроме команды в 10-15 человек, никого посторонних не было. Все вышедшие 1(14) и 2(15) ноября из Ялты и Феодосии суда выдержали переход через Черное море (лишь канонерскую лодку «Кавказ», ввиду трудности ее буксирования, пришлось затопить) и благополучно пришли в Константинополь утром 4 (17) ноября.
4-5 (17-18) ноября были вывезены из Керчи не только войска, отходившие на Керчь в числе гораздо большем, чем предполагалось, но и войска, пришедшие из Феодосии и там, за нехваткой тоннажа, не взятые на борт. Перегрузка судов была такова, что люди не могли даже сидеть, и чуть ли не весь переход стояли плечом к плечу. Пресной воды не хватало, на многих из кораблей была выпита даже вода из недействующих котлов, с примесью масла. Все же суда, отправленные из Керчи, пришли в Константинополь. Потерялся лишь эскадренный миноносец «Живой»; поиск его в море не дал результата; очевидно, он погиб при шторме. Кроме того, по воспоминаниям П.А. Варнека, транспорт-мастерская «Кронштадт» «растерял» шедшие у него на буксире миноносец «Жаркий» и три катера. В целом же эвакуация из Керчи прошла «в полном порядке», на берегу не осталось «ни одного солдата или гражданина» (4).
А что же об этих событиях говорят материалы радиоперехвата? Уже 27-30 октября (9-12 ноября) советская радиоразведка отметила «полное затишье» в работе полевых радиостанций противника в Крыму и начало «оживленной» радиосвязи кораблей и судов Белого флота и интервентов в Черном море с портовыми радиостанциями Севастополя, Евпатории, Феодосии и Керчи. Ознакомившись с содержанием перехваченных радиограмм, вряд ли можно утверждать, что эвакуация прошла в полном порядке. Уточняются и сведения об участии иностранных флотов, в частности французского, в обеспечении эвакуации. 2 (15) и 3 (16) ноября были перехвачены следующие радиограммы:
Транспорт «Саратов» на крейсер «Генерал Корнилов» командующему флотом: «Миноносец "Гневный" брошен на произвол судьбы, транспорт "Саратов" на буксир взять его не мог»;
«Срочно. На транспорте "Херсон" нет мест. Он уходит от катера "Тайфун" и транспорта "Киев"». Ответ: «"Киев", сняв людей, можно бросить, а катер "Тайфун", дав достаточно угля и провизии, отпустить, чтобы самостоятельно следовал в Константинополь. 2.11. Командующий флотом»;
«Кронштадт» командующему флотом: «Троекратные попытки вести эскадренный миноносец "Жаркий" на буксире кончаются неудачей вследствие обрыва перлиней. Имею угля в обрез до Константинополя. Прошу разрешения покинуть его, сняв команду и приняв меры к потоплению эсминца. 2.11. Командир транспорта-мастерской "Кронштадт" К.В. Мордвинов». Ответ: «... людей снять, миноносец потопить. 2.11. Командующий флотом»;
Для транспорта «Кронштадт» и линейного корабля «Генерал Алексеев» в Константинополь. Агенту морскому: «Все суда прошу выслать к 17 часам при сильных буксирах к маяку Рулеви для оказания помощи буксируемому ледоколом "Ильей Муромцем" линейному кораблю "Георгию Победоносцу"... эскадренному миноносцу "Гневному", на которых находятся войска и беженцы. 2.11. Командующий флотом»;
От командующего флотом: «Покажите свое место. Все войска взяли на корабли. Крейсер "Генерал Корнилов" еще в Ялте. Эвакуация Севастополя закончена. 2.11. 10 часов. Командующий флотом» (5);
На крейсер «Генерал Корнилов» от транспорта «Дон»: «В Феодосии осталось около 500 тыс. (6) неорганизованных солдат и офицеров. 2.11. Радиограмма номер 40. Капитан 1 ранга Федяевский»; /145/ В Константинополь. Агенту морскому. Дополнение к радиограмме номер 3028:  «Вышли транспорта "Русь" и "Крым" с 6 тысячами человек. Радиограмма № 3044. 2. 11. Командующий флотом»;
Начальнику оперативного отдела: «4 ноября утром подойду к Босфору. Прошу о присылке буксира для следования Босфором, указать место якорной стоянки... нуждаюсь в питьевой воде, хлебе и провизии на две тысячи человек»;
2/15 ноября Врангель с «Генерала Корнилова» на «Саратов» генералу А.П. Кутепову, копия генералу А.С. Лукомскому: «Впредь до моего прибытия в Константинополь все войска и флот, находящиеся на рейде в Константинополе и проливах подчиняются вам. Радиограмма номер 4715. Врангель» (7); «В море в районе с координатами 44 градуса 8 минут северной широты и 33 градуса восточной долготы от Гринвича русскими, эвакуировавшимися из Крыма, брошены 33 шаланды и моторных судна» (8);
3/16.11 Руссо (французский крейсер «Вальдек Руссо», командующий легкой эскадрой № 9 контр-адмирал Дюмениль. — В.К.) — адмиралу Кедрову: «Я отдал приказание Константинополю и дополнительно телеграфировал о вашем желании. Все мои корабли сопровождают в дороге транспорты, идущие из Крыма, чтобы в случае нужды оказать им помощь. "Алжир" сопровождает "Корнилова"»;
3/16.11 от Руссо — генералу Врангелю: «Обязанный немедленно вернуться в Париж я обращаюсь к вам с почтительным приветствием и желаю счастливого пути до Константинополя. Я счастлив, что эвакуация Крыма так благополучно закончилась. Я дал приказ "Алжиру" сопровождать "Корнилова" и служить вашим эскортом до Константинополя».
Фрагменты мемуарных публикаций, приведенные выше, позволяют предполагать, что, возможно, эвакуация из Керчи прошла более организовано, чем из других крымских портов Черного моря. Представление о ходе эвакуации из Керчи дополняют материалы радиоперехвата за 1 (14) и 3 (16) ноября 1920 г.:
Генералу М.А. Фостикову: «Первая и третья Кубанские дивизии до последнего казака посажены в Керчи на суда. 1.11. Шатилов»;
На крейсер «Генерал Корнилов» командующему флотом: «С "Россией" (пароход. — В.К.) вхожу в Керченский пролив. 3.11. 11 час. Радиограмма № 734. Начальник штаба флота»;
На крейсер «Генерал Корнилов» от вооруженного ледокола «Всадник» командующему флотом из Керчи: «Все идет исключительно в порядке. Все войска посажены на корабли и вышли в Керченский пролив. Посадка закончена. В городе не осталось ни одного солдата, все раненые увезены. Противника нет. Угля хватит всему отряду. В городе полный порядок. Беренс на "Всаднике", Ф.Ф. Абрамов на "Грозном" (канонерская лодка. — В.К.). В 16 час. выбуду навстречу "Корнилову". 3.11. 14 часов. Начальник штаба флота»;
3.11. 14 ч. 45 мин. на вооруженный ледокол «Гайдамак» адмиралу Н.Н. Машукову: «В предвидение тумана даю свое место крейсеру "Корнилову" — широта 45 градусов 1 мин. 12 сек. Долгота 35 град. 38 мин. 24 сек. Радиограмма № 3065 от 3/16 ноября 1920 г. Командующий флотом» (9).
Общие недостатки организации эвакуации и сложности первых дней пребывания эмигрантов в Константинополе и Галлиполи подтверждают материалы радиоперехвата за 4(17)-12(25) ноября 1920 г.:
«На военных судах до 110 тыс. человек, запасы угля, воды, провизии по приходе в Константинополь иссякнут. Вышлите буксиры на помощь судам для входа в пролив к рассвету 17.11, так как они перегружены и плохо управляемы. Приготовиться дать уголь "Алексееву" и "Корнилову". По их приходе в Константинополь все суда поставить совместно по дислокации. Приказать всем угольщикам приготовиться дать уголь транспортам. Принять меры по охране имущества на судах. Внимательно слушать радио судов в море. До моего прихода в Константинополь вам (10) быть старшим морским начальником. Контр-адмирал Кедров»;
«Генерал Корнилов» из Константинополя главнокомандующему. Радиограмма № 106: «Прибывшие в Константинополь суда с войсками, эвакуированными из Крыма, сосредоточены в районе Моды. Раненые свезены уже на берег, больные частью находятся в госпитале. Продовольствие прибывших в Константинополь налаживается с чрезвычайным трудом. Переполнение судов грозит эпидемическими заболеваниями. Приняты меры по скорейшему разрешению пересадки на другие суда в районе Константинополя. 5.11 (старый стиль). Радиограмма № 6655. Агент морской А.С. Лукомский» (11);
«Генерал Корнилов» из Аллы. Радиограмма № 188: «За сутки прибыли на рейд Константинополя следующие корабли и суда: ...12. Своз раненых на берег едва начался. Испытываем затруднение с водой и провизией. 6.11»; /146/ «Передать по радио и семафору приказание командующего русским флотом: все имеющие возможность жить в Константинополе имеют право съехать на берег. Съезжающим надлежит зарегистрироваться на военных кораблях у старших офицеров на транспортах и у комендантов. Списки съехавших представить в штаб командующего флотом на крейсер "Генерал Корнилов" 21.11.1920 г. Радиограмма № 2228. Начальник штаба флота контр-адмирал Машуков»;
Командующему флотом, копия генералу Богаевскому: «Транспортом "Саратов" высажено 3500 человек, транспортом "Херсон" — 1500. Палаток нет, люди на воздухе. Пока нет палаток, придется прекратить высадку. Для выгрузки походных кухонь, тяжелых грузов необходимы баржи с буксирами. 22/11. 18 ч. Радиограмма № 221L Кутепов»;
Врангелю и Кедрову. Радиограмма номер 103. 23/11. 23 часа 15 мин. Главкому, копия комфлоту: «Выгрузить казаков не могу ввиду полного отсутствия помещений на берегу. Галлиполи. 23/11. Кутепов»;
От транспорта «Дон» на «Генерал Корнилов». Радиограмма № 79 от 25/11. Срочно. Комфлоту: «По выгрузке кубанцев на барже осталось 2500 казаков первого корпуса. "Руссо" требует посадить на "Дон" для доставки в Константинополь около 4 тыс. беженцев и остальных списанных с "Владимира", где было 200 случаев тифа. Этим задерживается мой выход по назначению. В связи с положением в Галлиполи прошу приказаний мне и "Руссо". Угля в обрез. 25/11. Федяевский»;
От «Генерала Корнилова» на транспорт «Дон». Радиограмма № 16. Капитану 1 ранга Федяевскому: «Выполняйте точно полученные вами инструкции. "Руссо" сегодня посланы директивы, что русский главнокомандующий и командующий флотом признаны французскими властями и что он должен согласовать свои действия с нашими начальниками на Мудросе, которые получили точные директивы от русско-французских властей в Константинополе. О последующем немедленно донести. 12/11. Начальник штаба флота»;
От «Генерала Корнилова» на транспорт «Дон». Капитану 1 ранга Федяевскому: «"Дону" немедленно идти в Галлиполи, где Кутепову приказано принять все находящиеся у вас на борту части 1-го и 2-го корпусов. Беженцев направить в Константинополь 13-26 ноября. 14 часов. Начальник штаба флота»;
От «Генерала Корнилова». Радиограмма номер 164. Генералу Кутепову: «По докладу генерала Фока высылаю "Георгия Победоносца" и "412" (транспорт. — В.К.) как временные плавучие казармы. Можете оставить "Херсон" под плавучий госпиталь, еще намечается "Румянцев". Командующий флотом назначил капитана 1 ранга Потапова старшим морским начальником в Галлиполи. Ходатайствую всемерно и о прочих нуждах. При первой возможности прибуду лично на "Корнилов". 25/11-20. Врангель» (13).
С 20 ноября советская радиоразведка стала отмечать снижение интенсивности радиосвязи русской эскадры. «Затишье в работе судовых станций флота Врангеля» указывается в результатах радиопеленгования за 20-22 ноября, а также материалах радиоперехвата и разведывательных донесениях за 23-27 ноября 1920 г.:
«В работе судовых радиостанций противника на Черном море за 23-24 ноября отмечается затишье, слышна только работа иностранных судов малооживленного характера»;
«Наблюдение пеленгаторных радиостанций за 25-26 ноября отмечает группировку судов у берегов Черного моря между Варна и Константинополь. Работа радио преимущественно иностранных судов. Слышны "Генерал Корнилов", "Дон", "Херсон" и "Кронштадт"»;
«Наблюдением радиостанций за 26-27 ноября подтверждается наличие группы иностранных судов в районе Варна—Константинополь. Среди них слышны также "Херсон" и "Генерал Корнилов"» (14).
Одной из причин снижения интенсивности радиосвязи русской эскадры (15) в 20-х числах ноября является приказание командующего флотом от 23 ноября: «Всем командирам и комендантам приказываю все радиопереговоры кроме оперативных, имеющих особое военное назначение, прекратить. Ответственность за неисполнение приказания возлагается на вас. Комфлот». А уже 30 ноября радиоразведка докладывала, что «радиослежкой ничего не установлено».
Помимо разведки каналов радиосвязи в звене «корабль—корабль» и «корабль-берег—корабль» флота русской армии и впоследствии русской эскадры советские радиоразведчики осуществляли прием и анализ сообщений иностранных радиотелеграфных агентств, что позволяло объективнее оценить положение русских эмигрантов и отношение к ним местных властей. 20 ноября 1920 г. были приняты следующие сообщения информационных агентств: /147/
«Врангель был германофилом, — говорилось в германском сообщении. — В связи с отходом Врангеля с русской боевой арены... одновременно означает поражение первого русского полководца, симпатизирующего Германии, ... были вывезены за границу заманчивыми обещаниями правительства изобилием продовольствия. Казаки были враждебно настроены к Врангелю, которого окрестили Крымским Ханом... Все привезенное в мае месяце на японском крейсере из Владивостока колчаковское золото вывезено за границу для обеспечения глав правительства, рядовые же офицеры, как и при деникинском разгроме, оставлены на милость большевистского чека... Сам по себе Врангель ни под каким видом не является серьезной угрозой для советской России... России Врангель ничего хорошего не дал бы. Я (Э. Людендорф. — В.К.) крайне жалею офицеров, введенных им в заблуждение. Единственным результатом врангелевской экспедиции является предоставление крупной территории Польше и несказанное кровопролитие»;
Французское агентство сообщало: «В Министерстве иностранных дел Франции идет обсуждение вопроса по изысканию способов перевозки беженцев из Крыма — всего 80 тыс. военных и 25 тыс. гражданских лиц, которые уже прибыли в Константинополь 18 ноября» (16).
Подобные сведения могли быть использованы в информационном противоборстве и создании общественного мнения.
Исследуя последующие донесения о состоянии радиоразведки, удалось установить, что в 1921 г. советские радиоразведчики добились значительных результатов, выявив расположение радиостанций, обслуживавших корабли и суда европейских государств при их нахождении в водах Черного моря (особенно румынских радиостанций) и Финского залива. Более длительным оказался процесс вскрытия организации радиосвязи приграничных азиатских государств. При этом не ослабевал интерес радиоразведки к русской эмиграции. Неоднократно перехватывались сеансы радиосвязи русской эскадры, в частности, радиопеленгованием было установлено, что линейный корабль «Генерал Алексеев» и миноносец «Дерзкий» 15 августа находились в районе Галлиполи, вооруженный ледокол «Гайдамак» — в районе Мидии (17).
В 1922 г. наблюдение за деятельностью иностранных морских сил с побережья Черного моря получило дальнейшее развитие. Количество объектов разведки возросло, расширилась и зона разведки, охватывавшая на тот момент уже Черное, Мраморное, Эгейское и восточную часть Средиземного морей, а также отдельные районы Адриатического и Красного морей. Увеличившиеся объемы радиоперехвата и мастерство радиоразведчиков позволили определить разведывательные признаки радиосвязи отдельных государств (национальная привязка), а также ее принадлежность военным или торговым судам. Изредка фиксировались сношения судов русской эскадры (например, в феврале 1922 г. был вскрыт переход судов «Ефрат» и «Иерусалим» в Александрию и обратно, в западную часть Средиземного моря) (18). Как следствие, радиоразведчиками управления связи Красной армии на Украине и в Крыму была практически полностью вскрыта система построения позывных корабельных и судовых радиостанций иностранных государств.

Примечания
1. См. например: ВОСТОКОВ К. Рождение радиоразведки. - Независимое военное обозрение, 2000, №30 (203); История радиоразведки Советской армии. М., 1979; Радиоразведка Военно-морского флота. М. 1990.
2. ФРУНЗЕ М.В. Избр. произведения. М. 1950, с. 124, 134.
3. ЛИПАТОВ Н.П. Участие военных моряков в разгроме Врангеля. В кн.: Советское военно-морское искусство. М. 1951, с. 272.
4. Цит. по: КАДЕСНИКОВ Н.З. Краткий очерк Белой борьбы под Андреевским флагом на суше, морях, озерах и реках России в 1917-1922 годах. В кн.: Флот в Белой борьбе. М. 2002, с. 62-63; ГУТАН Н.Р. Краткий очерк действий флота при эвакуации из Крыма в ноябре 1920 года. Там же, с. 306-313; ВАРНЕК П.А. Линейный корабль «Генерал Алексеев» и история его пушек. Там же, с. 280, 281; КАРПОВ Б.В. Краткий очерк действий белого флота в Азовском море в 1920 году. Там же, с. 168.
5. Российский государственный военный архив (РГВА), ф. 25, оп. 7, д. 208, л. 39, 39об.
6. Вероятно, опечатка в бланке радиограммы. Предположительно — 5 тысяч. /148/
7. РГВА, ф. 25, on. 7, д. 208, л. 39об.-40об.
8. РГВА, ф. 25, оп. 7, д. 208, л. 41. Из перехвата французских каналов радиосвязи за 2 (15) ноября 1920 года.
9. Там же, л. 39-41.
10. Имеется ввиду В.К. Потапов - старший морской начальник в Галлиполи, капитан 1 ранга.
11. РГВА, ф. 25, оп. 7, д. 208, л. 41, 41об.
12. Перечисляются 32 судна.
13. РГВА, ф. 25, оп. 7, д. 208, л. 41об.-43об.
14. Там же, л. 42об.-43об.
15. Русская эскадра была образована после эвакуации Крыма 21 ноября в Константинополе. Состояла из четырех отрядов кораблей и судов Черноморского флота, Добровольного флота, Дунайского пароходства и Русского Константинопольского порта. В распоряжении командующего эскадрой состояли линейный корабль «Георгий Победоносец», мастерская «Кронштадт» и учебное судно «Свобода». 22—23 декабря 1920 г. эскадра пришла в Бизерту (Тунис), где 30 октября 1924 г. была расформирована.
16. РГВА, ф. 25, оп. 7, д. 208, л. 41об.-43об.
17. Там же, д. 114, л. 119, 119об.; д. 208, л. 51, 53об.
18. Там же, д. 208, л. 47, 47об., 50.

Кикнадзе В. Г. Советская радиоразведка об эвакуации Белой армии из Крыма // Вопросы истории. 2007. №5. С.144-149

Tags: Гражданская Война в России
Subscribe
promo alternathistory февраль 18, 2013 17:23 23
Buy for 20 tokens
Глядя на эти машины, первое, что приходит в голову, это наш танк КВ-2. Но скорей всего создатели САУ держали в голове не КВ-2, а совсем не похожие на эти танки, но тоже наши – ИСУ-152. Точнее их удачное применение. Не для кого ведь не секрет, что мощная 152 мм пушка наших САУ очень удачно…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments